Киев приватизировал демократию

Киев приватизировал демократию

«Соглашение находится в подвешенном состоянии. Оно существует, но не более того» — признание Арсения Яценюка, сделанное в ходе поездки в Германию, ярко иллюстрирует цинизм киевского подхода к процессу мирного урегулирования. По прошествии времени становится все более очевидным тот факт, что украинское руководство одобрило комплекс мер от 12 февраля лишь в качестве реверанса в сторону лидеров Германии и Франции и изначально считало его нереализуемым. 

Тот же Яценюк, говоря о важнейшем пункте «Минска-2», предусматривающим проведение на Донбассе местных выборов, не устает выдвигать все новые, по сути, невыполнимые условия для обсуждения этого вопроса. Постоянные уловки и маневры Киева, по данным французских СМИ, начинают вызывать недовольство и даже раздражение Франсуа Олланда и вряд ли будет бесконечным терпение Ангелы Меркель. Но Киев, судя по всему, не боится разочаровать своих европейских партнеров. Неслучайно в интервью Süddeutsche Zeitung глава Кабмина вновь вспомнил про женевский формат, прозрачно намекнув, что только подключение Вашингтона к переговорам заставит его страну выполнять взятые на себя обязательства. Как известно, украинская «партия войны» использовала ту же тактику и после подписания сентябрьского Минского протокола, не добилась успеха и по-прежнему планирует переиграть ситуацию в свою пользу.

В то же время, искажая условия «Минска-2», Киев развязывает республикам руки для ответных действий и укрепления собственных позиций. Наивно было бы предполагать, что пока одни подписанты соглашения открыто отказываются от его выполнения, их визави продолжат скрупулезно соблюдать все положения этого документа. Тем более что у ДНР и ЛНР накопилось немало внутренних задач, решение которых косвенно тормозится минским процессом. К ним относится и необходимость демократической реструктуризации системы местного самоуправления, которую в Донецке и Луганске обсуждают еще с осени. Согласившись на организацию выборов в местные органы власти в координации с Киевом, республики приняли не самое простое решение, учитывая уровень недоверия к Украине в переживших войну районах Донетчины и Луганщины.

Но благодарности от партнеров по переговорам за свою готовность идти на уступки и компромиссы в ДНР и ЛНР так и не дождались. Наоборот, объявив их территорию оккупированной, Киев получил возможность оттянуть имплементацию электоральных процедур на неопределенно долгий срок, используя свою позицию для шантажа республик по другим вопросам. В результате остающиеся де-юре гражданами Украины жители Донетчины и Луганщины были решением президента собственной страны лишены права на избрание законных представителей в своих районах, городах и селах. Можно сказать, что их в некотором смысле уподобили «негражданам» прибалтийских государств. 

Судя по всему, Порошенко и его окружение осознанно добиваются деградации республиканского госаппарата, надеясь, что таким образом его легитимность в глазах населения и западных посредников будет подорвана. В свою очередь, лидеры ЛНР и ДНР оказались перед непростым выбором: они должны либо забыть о реализации базовых положений «Минска-2» в обозримой перспективе, косвенно подыграв своим оппонентам, либо самостоятельно сделать первые шаги в сторону их воплощения на практике. Что интересно, второй вариант при всей кажущейся неоднозначности даже не противоречит букве и духу соглашения от 12 февраля. Комплекс мер не накладывает на республики никаких ограничений в области сепаратного совершенствования системы самоуправления, по крайней мере, на время ведения консультаций контактной группы.

Более того, в одностороннем порядке организовав голосование по всем нормам ОБСЕ и БДИПЧ, Донецк и Луганск создадут фундамент для будущего проведения выборов совместно с Киевом — если, конечно, Украина однажды решит вернуться на путь следования прежним договоренностям. Немаловажное значение имеет и тот факт, что транспарентные электоральные процессы помогут в очередной раз доказать абсурдность киевских тезисов об оккупации Донбасса некими «террористами» и внешними силами, сделав более весомой заявку нынешних ДНР и ЛНР на особое позиционирование в случае реинтеграции в состав Украины.

Впрочем, по-прежнему нельзя исключать того варианта, что при сохранении курса Киева на замораживание конфликта, республикам придется развиваться в качестве самодостаточных государственных единиц, продолжающих артикулировать стремление к независимости. Как показывает мировой опыт, именно способность подобных образований к обеспечению прозрачных выборных процедур всегда придает дополнительную легитимность их основным институтам в глазах международного сообщества. Например, путь Республики Косово к провозглашению независимости начался как раз с проведения местных выборов в 2000 году. Несмотря на решение косовских сербов об их бойкоте и протесты тогда еще югославского правительства голосование получило крайне высокую оценку генсека ООН Кофи Аннана, как и Госдепартамента США, призвавшего Белград к признанию его результатов.

Представители миссии ООН в крае неоднократно отмечали важность выборного процесса на различном уровне для развития косовской партийной системы и демократизации различных сфер общественной жизни. Собственно, признав безальтернативность этой позиции, сербское население спустя годы также подключилось к участию в избирательных процедурах. И косовский пример, часто именуемый Западом «особым случаем», на практике уникальным вовсе не является.

Немаловажное значение, например, имело избрание местных законодателей и в случае Палестинской национальной автономии, власти которой в 2004-2005 годах в несколько этапов провели голосование в большинстве районов Западного берега реки Иордан и Сектора Газа. Эти выборы также встретили позитивную реакцию извне и подготовили палестинцев к избранию общенационального парламента, легитимность которого, несмотря на успех движения «Хамас», не оспаривалась даже скептически настроенным Вашингтоном. В еще одном самопровозглашенном государстве, африканском Сомалиленде, муниципальные выборы 2002 года явились важнейшим шагом к развитию многопартийной системы. Победившие на них партии стали основными участниками следующих избирательных гонок, помощь в подготовке которых оказывали правительства западных стран и крупнейшие НКО, например, американские NDI и IRI, финансируемые правительством США. То есть в самых разных по специфике политического процесса регионах мира Запад в лице официальных госорганов и родственных организаций не только не осуждал стремление граждан к демократии, но и всячески стимулировал и поощрял его.

Что интересно, постреволюционная Украина в 2014 году также воспользовалась электоральными рычагами для нормализации ситуации в государстве и легитимизации смены власти. И даже Россия, крайне негативно воспринявшая события на Майдане, не стала против этого возражать. Наоборот, после майских выборов президента, назначенных с очевидным нарушением Конституции, Москва, как и весь мир, признала в Петре Порошенко главу государства и партнера для ведения переговоров. То обстоятельство, что он явно представляет волю большинства избирателей и, вступая в должность, оставляет позади вакуум власти, позволило Кремлю частично закрыть глаза на противоречия предшествовавших событий законодательству. Едва ли Киев вправе запретить дончанам и луганчанам решать те же задачи, что еще недавно были основополагающими для всего населения страны.

Стремление к демократии и избранию собственных властей, в том числе на местном уровне, не является чьей-то частной привилегией и имеет для жителей Донбасса столь же существенное значение, что и для остальных украинцев. Отказывая им в этом праве, Петр Порошенко и Верховная Рада подталкивают республики к следованию по особому пути, свернуть с которого по прошествии времени будет намного сложнее. Чем более представительными станут исполнительные и законодательные органы ДНР и ЛНР, тем проблематичнее для Киева будет воссоединение с Донецком и Луганском на прежних компромиссных условиях. Провоцируя население республик на сепаратное избрание своих представителей на местах, Украина невольно способствует усилению их институциональной базы и помогает сторонникам сецессионизма оправдывать претензии на создание обособленной государственности. 

Ведущий эксперт Центра политической конъюнктуры Антон Гришанов 

actualcomment.ru

Поделиться в соц. сетях

0