Мой ответ тем, кому мерещатся нацисты на Украине

«Ты откуда?» — спрашивает меня водитель такси, когда я приезжаю в итальянскую Болонью. «С Украины», — отвечаю я. «Понятно, с Украины. Сейчас об Украине много говорят». Его темные глаза пристально смотрят на меня в зеркало заднего вида. «Да, сейчас тяжелые времена для украинцев», — отвечаю я в уверенности, что он поддерживает мой антипутинский настрой. «На Украине — повсюду нацисты, даже в парламенте», — внезапно заявляет он.

Разговор вышел долгим, и его окончание не имеет значения. Интересно в первую очередь то, что даже я, ярая сторонница Майдана и всех последних перемен в украинской политике, ощутила какую-то неловкость, когда мне пришлось отстаивать мои позиции в споре с задурманенным российской антиукраинской пропагандой таксистом (как выяснилось, ею буквально пестрит итальянская пресса). Такое замешательство было, без сомнения, связано с последними новостями с Украины, которые я прочитала перед разговором с политизированным итальянским шофером.

Речь идет о предложенном министром юстиции Украины Петренко законопроекте о запрете «коммунистической идеологии» для «декоммунизации» страны, о которой говорили в Киеве еще несколько месяцев назад. Министр выступил с долгой речью в поддержку своей инициативы: речь шла об осуждении тоталитарных коммунистического и нацистского режимов на Украине, запрете их пропаганды и рассекречивании архивов коммунистических властей. Несколько дней спустя парламент принял закон практически без обсуждения.

Все это не просто уязвляет мои марксистские корни (в целом, такое оскорбление я легко готова простить), но делает невозможным защиту перемен украинской власти, которые должны принести демократию и свободу слова в оккупированную русским медведем страну. Расхваливать после Майдана священный характер демократии, к которой так пламенно рвутся украинцы, и в то же время ощущать вину за антидемократический запрет политической идеологии (за неимением достойного наказания за деяния преступников — коммунистов или нет) — все это отдает сильнейшим лицемерием. Как бы то ни было, такой безумный на первый взгляд политический ход преследует определенные цели.

Подозреваю, что в период войны и политической и экономической нестабильности, когда на мир в ближайшее время рассчитывать не приходится, а цены на продовольствие подскочили на 53% (по данным Pravda.com.ua), гораздо выгоднее разжигать в людях примитивный патриотизм, чем вовлекать их в процесс принятия демократических решений. Людям предлагается невидимый враг народа, на которого можно направить свой гнев. По всей видимости, «призрак коммунизма» выполняет эту роль для некоторых украинских политиканов. Как и министр Петренко, они пользуются историей как сырьем для формирования новой политической идеологии на службу новым режимам.

Объективно отрицательная репутация коммунизма (он унаследовал ее от Советского Союза) и напрашивающаяся ассоциация с диктатурой Сталина становятся инструментами в нынешней идеологической борьбе Украины и России. Попытка украинских властей приравнять всех русских к коммунистам — так же нелепа, как и путинская пропаганда, в которой все украинские политики, в том числе и президент Порошенко, становятся «бандеровцами».

Если вы все еще не видите парадокса в защите демократии и запрете коммунистической идеологии под предлогом зверств Советского Союза, позвольте объяснить вам, что такая точка зрения не просто ошибочна, а крайне опасна. Признание вредоносности диктаторского режима вне зависимости от его идеологии — таков долг демократической власти. Однако запрет самой коммунистической мысли, которая никогда не разжигала ненависть, не призывала к насилию и не отрицала право народа на независимость, представляет собой идеологическую диктатуру.

Такая попытка запрета коммунистической мысли является крайним политическим шагом премьера Арсения Яценюка, которого уже обвиняли в коррупции. Он сам обратился к парламенту с просьбой принять этот закон и запретить коммунистическую и нацистскую идеологии за их, как он сказал, бесчеловечность. Принятый закон запрещает коммунистическую и нацистскую символику и ставит украинскую Компартию в число преступных организаций.

Не буду тратить ваше время на анализ стоящих за этой инициативой идей или рассуждения о ее интеллектуальном потенциале. Ограничусь лишь тем, что укажу на потенциальные риски. Запрет коммунизма на Украине развязывает руки ультраправым движениям вроде «Правого сектора», которые, несмотря на их нынешнюю слабость, могут в таких условиях с легкостью завоевать популярность, влияние и власть. Все подобные инициативы лишь затягивают конфликт и играют на руку антиукраинской пропаганде путинских СМИ, помогают им донести ложь даже до итальянского таксиста, говорящего о «нацистах в украинском парламенте». Как следствие, это только подрывает шансы страдающего украинского народа на международную поддержку.

Когда я вижу, что французские социалисты посягают на право собственных граждан на частную жизнь и свободу слова, ультраправые партии по всей Европе объявляют себя «демократическими», а новое проевропейское правительство Украины вводит идеологическую диктатуру, я говорю себе, что система прогнила изнутри, что мы видим апогей идеологической путаницы и политических манипуляций по всему миру.

inosmi.ru

Поделиться в соц. сетях

0