Военное присутствие за рубежом — оказыватся в эту игру можно играть вдвоем

Военное присутствие за рубежом — оказыватся в эту игру можно играть вдвоем

В ХIХ — начале ХХ века Россия не стремилась к демонстрации своего военного присутствия за рубежом. Это отличало нашу страну от крупных геополитических игроков того времени — Англии, США и Франции. Хотя, попытки найти места, пригодные под базирование флота за пределами границ Российской Империи, неоднократно предпринимались и заканчивались неудачами. Все «свободные места», пригодные под обустройство заграничных баз — при внимательном рассмотрении оказывались уже «занятыми» под интересы других мировых держав. Попытка же обустроить первую крупную заграничную военную базу — Порт-Артур, завершилась неудачной русско-японской войной, которую по мнению ряда военных историков Россия проиграла по причине отсутствия тех же опорных точек для своего военного присутствия в тихоокеанском регионе.

После поражения в русско-японской войне Россия и СССР почти на полвека отказались от создания военных баз за рубежом, вернувшись к этой теме с началом «холодной войны». В 40-е — 90-е годы прошлого века — военное присутствие СССР в государствах Восточной Европы, которое сейчас в западных трактовках часто сравнивают с «оккупацией», обеспечивало своеобразный «статус кво», благодаря которому — НАТО было очень затруднительно начинать войну против СССР и его союзников по своей инициативе. Даже в случае глобального военного конфликта с применением стратегического ядерного оружия — группы советских войск и армии государств-участников Организации Варшавского Договора практически гарантировано могли ответным ударом уничтожить силы НАТО в Западной Европе и выйти к Ла-Маншу. Таким образом, наличие военного присутствия СССР в Восточной Европе было вторым фактором, сдерживающим начало глобальной войны, после наличия ядерного оружия.

В 60-е и 70-е годы СССР предпринимал попытки к созданию военных баз и за пределами Восточной Европы. Этому, конечно, активно противодействовали и сами США и их союзники. Яркий пример тому — известный Карибский кризис. И хотя разместить ракеты с ядерными боеголовками на Кубе у СССР не получилось, российское военное присутствие на «Острове Свободы» имело место быть вплоть до начала 2000-х годов. Кроме Кубы Советский Союз создавал свои военные базы во Вьетнаме, Сирии и Сомали. Причем наиболее крупная советская военная база строилась именно в сомалийском Бербере — по изначальному замыслу она должна была быть сравнима с американскими аналогами и включала в себя не только сугубо военные объекты для базирования сил флота, но и обширную гражданскую инфраструктуру. Но, после того, как внешнеполитические предпочтения сомалийского диктатора Сиада Барре в 1977 году резко поменялись, эту базу СССР пришлось оставить, а работавших на ней специалистов — срочно эвакуировать. Неудача с созданием военной базы в Сомали произвела, судя по всему, весьма сильное впечатление на советское военное и политическое руководство. Поэтому от дальнейшего развития оставшихся советских военных баз за пределами Восточной Европы — в Африке и юго-восточной Азии, Советский Союз практически отказался. Тем более, были свернуты проекты строительства новых военных баз в сфере влияния СССР, во многом под воздействие неудачных примеров попыток их создания в Египте и Сомали.

Ситуация, развивавшаяся после развала СССР, во многом перекроила геополитическую карту Мира. Прежде всего, с уходом советских воинских контингентов из Восточной Европы, фактически был разрушен просуществовавший все годы «холодной войны» «статус кво» — страны НАТО сначала включили в свою орбиту бывших участников Организации Варшавского Договора,а затем и страны Балтии, являвшиеся до 1991 года республиками СССР. Но и на этом Северо-Атлантический Альянс останавливаться, судя по всему, не планирует, свидетельством чему становятся явные попытки дальнейшего продвижения его сферы влияния — которые мы могли наблюдать в Грузии при правлении Саакашвили, в Киргизии, и наконец — происходящее в настоящее время на Украине тоже есть ничто иное, как попытка если не придвинуть границы Альянса непосредственно к границам России, так как минимум получить максимально лояльное к политике НАТО государство. Именно разрушение существовавшего в советское время равновесия и привело к нынешнему обострению ситуации в отношениях между Россией и США.

Собственно, несложно догадаться, что данное «равновесие» или «статус кво» в ходы «холодной войны» между двумя сверхдержавами обеспечивался во многом благодаря советскому военному присутствию за рубежом. Оно являлось своеобразной «гарантией безопасности», игравшей роль «предохранителя» от возникновения глобального вооруженного конфликта. Когда этот фактор исчез — мы получили в конечном итоге сегодняшнюю ситуацию, которая по мнению ряда политологов и политиков уже угрожает возникновением в самой недалекой перспективе — вооруженного конфликта между Россией и США, с возможностью применения стратегического ядерного оружия. Причем, ситуация, сложившаяся вокруг Украины — это по большому счету, только одно из проявлений разрушения системы «равновесия» между сверхдержавами. Даже если она в плане военного противостояния не выйдет за территориальные рамки Донбасса, без восстановления «статуса кво» между НАТО и Россией, дальнейшее развитие конфликта — практически неизбежно. В очередь на «очаги» вероятных конфликтов в обозримом будущем давно поставлены вопросы, связанные с разделом сфер влияния в Арктике, Средней Азии, Ближнем Востоке между сверхдержавами и при сложившейся геополитической ситуации — следующим «полем битвы» между Россией и США вполне может стать любая из точек столкновения их интересов.

Собственно, в «холодной войне»,возвратом к которой пугают многие аналитики, в такой ситуации ничего плохого уже нет — поскольку противостояние второй половины 20 века между США и СССР — это намного более лучший вариант для человечества, чем взаимный обмен ядерными ударами, который очень вероятен при отсутствии геополитического равновесия. Именно поэтому, России необходимо восстанавливать свое военное присутствие за рубежом. Именно оно будет гарантировать ограничение «аппетита» американских политиков, которые вряд ли будут в дальнейшем довольствоваться только размещением сил НАТО в паре сотен километров от Санкт-Петербурга или вовлечением в свою орбиту Украины. Расширение военного присутствия России за рубежом — напротив, будет четким сигналом политикам и военным стран-участников НАТО — что «в эту игру можно играть и вдвоем». И соответственно появится почва для возникновения нового определенного «статуса кво» в мировой политике.

Собственно, такая концепция и заложена в новой оборонной доктрине России, озвученной 26 декабря 2014 года. Её можно охарактеризовать, как «доктрину неядерного сдерживания» США и НАТО в расширении своей сферы влияния.

Конечно, современной России будет намного тяжелее добиваться создания равновесия с силами НАТО путем военного присутствия за рубежом, чем Советскому Союзу. Все таки Восточная Европа, благодаря недальновидности последнего президента СССР М.С. Горбачева и первого президента России — Б.Н. Ельцина, как сфера влияния России, оказалась потеряна, если не окончательно, то как минимум на весьма значительный временной период. Но это не означает, что для России в этом вопросе «все потеряно». Дело в том, что внешнеполитические манеры США, направленные на достаточно грубое вмешательство в дела государств, чьи экономические и политические интересы противоречат пожеланиям американской администрации, сами толкают целый ряд государств к дружбе с Россией. Причем, как показывает практика, демонстрация даже незначительной военной поддержки со стороны нашей страны, действует на США весьма отрезвляюще, возвращая «ястребам» из Вашингтона чувство реальности многополярного Мира. Тут стоит вспомнить визит российских стратегических бомбардировщиков в Венесуэлу. Произведенный своевременно в 2008 году, сразу после операции «по принуждению к миру» Грузии, он мало того, что был «выражением поддержки» внешней антиамериканской политики тогдашнего президента Венесуэлы Уго Чавеса, но и значительно охладил «горячие головы» в Пентагоне, которые, под воздействием событий в Южной Осетии, призывали к дальнейшей эскалации во взаимоотношениях США и России. Есть мнение, что в самое ближайшее время в орбиту российской внешней политики будет вовлечен еще один давний антипод Соединенных Штатов в Латинской Америке — Никарагуа.

22 декабря прошлого года власти этой страны решили построить «дублер» существующего Панамского канала, который как известно находится под контролем США. Никарагуанский канал протянется на 278 километров и будет представлять собой более совершенную альтернативу существующей связи между Атлантическим и Тихим океанами. Начало работ (финансируют их, кстати, китайцы) вызвала в Вашингтоне истерику: американское посольство в Манагуа потребовало у местных властей раскрыть данные «экологического мониторинга» и ещё кое-какие секреты. Например, посольство США беспокоится из-за отсутствия прозрачности в 50-миллиардном проекте и теперь требует раскрытия финансирования, приведения расчётов по целесообразности, данных экологических исследований и обнародования методологии по решению вопроса о собственности. Чем заканчивается такая «забота» американцев об экологии и борьбе с «непрозрачными» экономическими схемами — власти Никарагуа в курсе, поскольку им пришлось в 80-х годах сталкиваться с подобием нынешнего сирийского сценария, организованного при непосредственном участии США.

Поэтому неудивительно то, что президент Никарагуа Ортега попросил чтобы военное прикрытие возводимых объектов канала осуществляла российская сторона. Согласно договору между Никарагуа и Россией от 2 января 2015 года, российские военные корабли смогут находиться в территориальных водах Никарагуа. Самолёты смогут наблюдать за стройкой века и прибрежными водами с неба. Созданием инфраструктуры, необходимой для целей безопасности, тоже должны заняться Россия. Эта роль Москвы, которая фактически может оказаться на «заднем дворе» США, да ещё на пару с Пекином, вряд ли нравится Вашингтону. Однако время отступать для России, обложенной санкциями, прошло. Москва вполне может возразить «экологам» и прочим американским посланцам, готовым эксплуатировать идеи цветной революции в Никарагуа (к слову, 24 декабря там прошли массовые протесты, связанные со строительством канала). Правда и вариант «никарагуанского майдана» Россия в этот раз тоже предусмотрела — органы безопасности РФ уже сотрудничают в вопросах противодействия «сценарию цветной революции» с никарагуанскими коллегами. Россия заинтересована в успешном завершении строительства, поскольку канал — поскольку по славам ряда экспертов по странам Южной и Латинской Америк — «один из проектов, стабилизирующих всю мировую обстановку». Важно это и в условиях ситуации на нефтяном рынке, потому что Никарагуа имеет хорошие отношения с Венесуэлой, а та заинтересована в появлении новой артерии. Канал важен и для стран БРИКС: ведь пятёрка выступает в роли противовеса западной гегемонии на финансовом рынке. По сути, новый канал — это альтернатива, которая «позволит более справедливо развивать мировую торговлю».

К этому еще стоит добавить, что само военное присутствие России вблизи границ США явится скорее не дестабилизирующим, а наоборот — сдерживающим фактором для внешнеполитических амбиций США, стремящихся стать своеобразным монополистом на право вмешательства во внутренние дела более слабых в военном и политическом плане государств.

Таким образом, многополярный мир, о необходимости построения которого давно говорят российские политики, должен существовать не только на словах. Он должен создаваться путем определенных действий, включая военное присутствие за рубежом, право на которое — должно иметься не только у Соединенных Штатов Америки. Только при таких условиях — можно значительно повысить шансы избежать глобального вооруженного конфликта между сверхдержавами. Все таки добро — тоже должно быть иногда с кулаками, поскольку обижать слабых — давно вошло в обычай внешней политики Вашингтона и их союзников.

LiveJournal

Поделиться в соц. сетях

0